Впервые в жизни слезы катятся по щекам. Перемешиваясь с кровью, они стекают на подушку, простынь, на волосы. Я лежу, в голове нет ни одной адекватной мысли. Я хочу только лишь, чтобы все вокруг исчезло. По ощущениям, рассажен лоб, щека и губа, хотя бы с глазами все в порядке. Я не могу встать, что бы взглянуть в зеркало. Руки привязаны к изголовью кровати, ноги просто связаны, все затекло и ноет. В комнате полнейшая темнота и тишина, но я чувствую, что ты здесь. Ты никогда не уходишь. Ты ждешь, пока я попрошу тебя прекратить все это. Я не сдаюсь. И так уже третьи сутки. Я не чувствую ничего.
Сначала все это было похоже на невинную игру. Мы в сотый раз познакомились в каком-то баре. Как всегда ты подошел и предложил выпить. Мы пили, молча, глядя друг на друга. Все твое существо заявляло о том, что ты настроен решительно, а я просто попалась. Каждый раз попадаюсь, каждый раз ведусь, каждый раз я хочу узнать тебя. Но мы ни разу не говорили о тебе. Это было не нужно. Мы знали друг о друге все. Допив последний стакан виски непонятного происхождения, я закурила и с вызовом посмотрела на тебя. Твое лицо, как всегда, ничего не выражало. Мы оба поняли, что пора. Сегодня первый поцелуй был уже не таким робким и невинным. На выходе из бара ты грубо схватил меня за шею, развернул, и в поцелуе прокусил мне губу. Я поняла, что это конец. Живой этот мир меня больше не увидит. Мы молча сели в машину и поехали. Город, ночь, дождь. Кровь с губы стекала вниз по подбородку и капала на куртку и штаны. Мне захотелось уйти. Хотелось жить. Ты чувствовал это, я знаю, наверное, поэтому ты резко затормозил, ударил по лицу и пристегнул одну руку к сидению. Я уже не боялась. Я только не понимала, почему именно я. Почему не те девочки, с которыми ты мог трепаться, катать их по городу, весело смеясь, которых ты трахал и вышвыривал. Мы подъехали к отелю, ты отстегнул меня, я вышла из машины, попыталась сбежать, но ведь не в твоих правилах просто догнать, нет. Ты быстро завел авто и с хорошего разгона въехал мне в спину. Первая серьезная травма получена. После прошлой встречи я зализывала раны полгода. Я отлетела на несколько метров и упала на асфальт, похоже трещина в ребре, боль неимоверная. Организм отказывался дышать. Ты вышел из машины, не без удовольствия взглянул на свое творение, схватил за куртку и резко поднял. Все тело пронизывала боль, кружилась голова, и было ощущение, что сознание меня покинет. Ты снова ударил по лицу. Как мы поднимались в номер, я очень слабо помню. Когда закрылась дверь, ты швырнул меня на кровать, связал, а сам сел с ноутбуком и стаканом виски за стол. Я даже и не заметила, как все это у тебя оказалось. Я пыталась отключиться, но у меня ничего не получалось. Жутко хотелось курить, но я знала, что пока ты не захочешь, чтобы я курила, этого не произойдет. Ты что-то писал. Впервые вижу, что ты что-то пишешь. Так прошло несколько часов. Я пыталась оценить ущерб нанесенный моему организму и не думать о боли. Ты писал. Впервые ты подошел. Посмотрел на меня. Ты был готов. Я, похоже, тоже. Ты спросил, знаю ли я что такое боль. Не помню, что я ответила, ведь ты тогда резал мою куртку, оставляя глубокий шрам на груди. Ты смотрел в закатывающиеся от боли глаза. Мы оба знали, что такое боль. Моя боль была для нас наркотиком. Ты нашел старый шрам на животе и снова провел по нему ножом. Меня трясло. Я вспоминала все, что нас связывало на протяжении семи лет. Что бы ты со мной ни делал, я не могла смотреть на тебя с ненавистью, в моих глазах всегда был трепет. Я люблю тебя. В момент, когда нож скользил где-то в районе бедер, впервые за все время я увидела в твоих глазах теплоту. Ты поцеловал, а потом сказал, что любишь. Ты псих. Я ничего не ответила, не надо, ты итак все знаешь. Ты перевернул меня на живот. Руки вывернулись вместе с веревкой. Ты поцеловал меня в спину и принялся лезвием выводить узоры на спине. На какой-то момент я потеряла сознание. А потом ты закрыл ноутбук, развернул меня на спину, выключил свет и сел в кресло.
Кажется, мне удалось ненадолго уснуть, но при каждом движении присыхающие к белью раны отставали, поэтому сон не получился. Так продолжалось двое суток. Третьи идут сейчас. Я впервые заплакала. Мне больно. Кажется, что внутри пустота. Мы семь лет ходим по кругу. Я люблю тебя, ты любишь меня. Но позволить себе быть вместе мы не можем. Любовь к свободе гораздо сильнее нас. Мы спим с другими, оба знаем об этом. Ты убиваешь каждого моего любовника. Я расправляюсь со всеми шмарами, побывавшими в твоей постели. Десятки девиц, которые плавают в болотах или закопаны в лесах. То, что ты творил со мной, я делала с ними. Ты был не против. Ты научил меня убивать людей. Ты сделал из меня беспощадную машину, которая не боится абсолютно ничего, разве что сделать больно тебе. Ты же не боялся ничего. Я полюбила причинять людям боль. С каким удовольствием я ломала руки шлюхам, которых ты трахал, как мне нравилось смотреть в их глаза. Снимая с них кожу, я практически кончала. Вдоволь насладившись истязаниями, я всегда волокла их в машину, усаживала рядышком с собой и везла кататься. Мне нравилось на скорости 220 резко затормозить и смотреть, как разбивались их силиконовые морды о панель. Я выкидывала их в топь, а потом отправляла тебе фото. У меня около полусотни трофейных колец, которыми ты щедро награждал их за секс. Если их все продать, то я смогла бы обеспечить себе беспечное существование на два века вперед. Я же удостоилась единственного подарка, который кормит меня и позволяет ездить на лучших авто и снимать президентские люксы во всех отелях мира. Я не промахивалась из нее ни разу. Ты научил меня делать все быстро и тихо. За это меня и любили. Ты знаешь, что я лучшая, гордишься этим, но виду не подаешь. И вот так два лучших убийцы-психопата не могут разобраться в чувствах.
Впервые, ты отвязал меня, не дождавшись момента, когда я попрошу сама. Полчаса я пыталась расшевелить конечности. Я села, снова стало больно. Ныло ребро, засохшие шрамы разошлись в некоторых местах, снова сочилась кровь. Я смотрела на тебя уставшими глазами. Сердце билось. Я понимала, что я должна сделать, аванс уже лежал на моей карте. Лучше бы ты убил меня. Ты тоже это знал, и протянул мне пистолет. Трясущейся рукой я приставила его к твоему виску. Теперь сдерживаться было ни к чему, я любила тебя, слезы градом скатывались по щекам.
Я оставила тебя лежать в номере в луже собственной крови. Взяв ключи от твоей машины, я поплелась к выходу. Я села в авто, нашла диск с любимой музыкой, вжала педаль газа в пол и понеслась дальше от города. Там я вспомнила лица всех тех, у кого я отняла жизнь. А потом перед глазами встало одно единственное милое личико, которому я эту жизнь дала. Надеюсь, из него сделают настоящего мужчину. Он никогда нас не знал. Я бы и не хотела этого.
Не видя дороги, я разогнала машину до 250 и выкрутила руль в сторону отбойника.